Get Adobe Flash player

Поиск

Фоторепортаж

001

Наши Друзья

  
 img dobro
 
 
 Tudaiy
 
 
 
  
FADN Logo-02 
 
 
 
logo-ctv

Средневековая чеченская архитектура

Древняя архитектура горной Чечни (боевые и жилые башни, некрополи и культовые сооружения) представляет собой уникальное явление в мировой культуре.  Благодаря тому, что именно здесь проходили кратчайшие пути сообщения между земледельческими цивилизациями древности и кочевым миром Восточной Европы, Кавказ стал местом пересечения культурных влияний различных цивилизаций. В материальной культуре, мифологии, языческих культах чеченцев сохранились черты, указывающие на их связи с древнейшими цивилизациями Европы, Передней Азии и Средиземноморья. 
Еще более четко эти связи прослеживаются при углубленном исследовании средневековых чеченских языческих культов и мифологии, где постоянно обнаруживаются параллели с именами языческих богов и мифологических героев великих цивилизаций древности. Большой интерес для ученых представляют петроглифы, магические знаки на каменных башнях и некрополях горной Чечни, которые часто имеют более древнее происхождение, чем сами башни. При строительстве башен часто использовались уже обработанные камни из более древних построек X–V веков до нашей эры. Петроглифы на таких камнях тщательно сохранялись и со временем почти без изменения переносились и на другие башни.
На Кавказе именно у нахов (чеченцев и ингушей) башенная архитектура достигла наивысшего развития. Особенно это проявилось в архитектонике боевых башен, которые являются вершиной средневекового зодчества. Боевые башни строились с соблюдением зеркальной симметрии и пропорциональности всех частей постройки, в удивительной гармонии с окружающим ландшафтом.
Средневековая башенная архитектура в том виде, в каком она сохранилась до наших времен, зародилась первоначально именно на территории древнего расселения нахов, от Аргуна на востоке и до Кубани на западе. Своего высшего расцвета она достигла также в междуречье Терека и Аргуна, в районах их более позднего проживания.
Когда-то башни существовали не только в горной Чечне, но и в предгорьях (в Ханкальском ущелье) и даже на равнине – на северных и восточных границах Чечни. Но, начиная с XIV века, со времени монголо-татарского нашествия, чеченские башни подвергались систематическому уничтожению. Особенно пострадали они во время Кавказской войны, а также в 1944 году при депортации чеченцев. В это время были разрушены сотни башен.
Сильно пострадали памятники средневековой архитектуры и во время двух последних войн. Десятки башен были разрушены, подверглись обстрелу и получили сильные повреждения. В результате массированных бомбардировок процесс разрушения каменных построек, простоявших в горных ущельях тысячи лет, ускорился.
В горах Чечни, в верховьях рек Фортанга, Гехи, Аргун, Шаро-Аргун, у озер Кезеной и Галанчож на сегодняшний день сохранилось в различном виде около 150 башенных поселений, несколько сот жилых и более двухсот боевых башен, а также десятки культовых сооружений, более сотни наземных склепов. Эти памятники датируются в основном XI–XVII вв.
Остатки каменных построек различных эпох в горной Чечне дают возможность проследить эволюцию нахских башен в течение, по крайней мере, трех тысячелетий. Как это видно по постройкам в селении Цеча-Ахк, жилища и фортификационные сооружения нахов развивались от многокамерного дома с горизонтальной планировкой к однокамерной постройке с вертикальным планом. При этом эволюция чеченского жилища не была быстрой и единовременной, она протекала в течение многих веков. Об этом свидетельствуют промежуточные формы жилища, зафиксированные в поселении Цеча-Ахк – двух- и трехэтажные двухкамерные жилища. Каждая камера представляет собой уже почти самостоятельную башню, имеющую свой опорный столб и арочные (дверные и оконные) проемы.
На эволюцию древнего вайнахского жилища влияли различные факторы. Важнейшими из них были: необходимость улучшения фортификационных свойств жилищ в связи с усилением внешней опасности, условия малоземелья, возникшие из-за массовой миграции в горы жителей равнин или алан, которые не хотели покоряться монголо-татарским ханам и Тимуру, и, возможно, религиозные верования.
По времени строительства архитектурные сооружения на территории Чечни можно разделить на четыре периода:
– Кобанский период (XII–V вв. до нашей эры) – это время циклопических сооружений, построенных из гигантских необработанных камней, которые имеют горизонтальную планировку, то есть являются многокамерными, возводятся без использования раствора, характеризуются примитивной строительной техникой.
– Раннеаланский период (I–VII вв.) – архитектурные сооружения этого периода уже можно разделить на боевые и жилые. О характере боевых башен сложно судить, так как от них остались только нижние этажи.
Жилые башни имеют продолговатый план и являются двух или трехэтажными. Стены сложены из необработанных каменных блоков с применением небольшого количества известкового раствора, техника строительства по-прежнему остается очень низкой. Но уже появляются элементы конструкций, свойственные средневековым чеченским башням. Это, прежде всего, наличие опорного столба, арочные проемы (дверные и оконные), расширение их с внутренней стороны.
– Позднеаланский период (XI–XIII вв.) – башенные постройки этого периода отличаются вертикальной планировкой и более высоким уровнем строительной техники. По своим формам они приближаются к классическим вайнахским сооружениям. Подобные сооружения встречаются на всей территории древнего расселения нахов, от Аргуна до Кубани.
– Вайнахский, или классический, период (XV–XVII вв.) – период расцвета чеченской башенной архитектуры, который характеризуется высокой культурой строительства. Боевые и жилые башни приобретают классические, завершенные формы. Подобные сооружения встречаются лишь на территории Чечни и Ингушетии.
Многие исследователи датируют памятники архитектуры средневековой Чечено-Ингушетии XV–XVII веками, хотя на самом деле является общеизвестным фактом то, что со второй половины XVI века начинается активное возвращение чеченцев на равнину. К этому времени можно отнести спад активного строительства башен в горной Чечне, тогда как в соседних регионах строительство башен продолжалось вплоть до конца XIX века. И если в западных районах в некоторых случаях помнят даже имена мастеров, строивших те или иные башни, то в Аргунском ущелье в середине XIX века даже старики не знали, кому принадлежала та или иная башня, не говоря уже о том, кто ее строил.
При всей схожести памятников архитектуры горной Чечни и Ингушетии между ними есть и существенные различия. Только на чеченской территории в различных ущельях встречаются необычные скальные башни. Вертикальная щель в скале закрыта стеной с бойницами. Входной проем сделан высоко от основания стены. В башню залезали по приставной лестнице, которую затем убирали внутрь. В Ингушетии сохранились три христианских храма X–XIII вв. в Таргимской котловине – Таргимский храм, Тхаба-Ерды и Алби-Ерды. Мечетей в Ингушетии нет. В свою очередь, в Чечне нет христианских храмов, зато сохранились мечети рубежа XIX–XX вв. Вообще, чеченские боевые башни отличаются от ингушских. Ингушские башни имеют более стройный внешний вид, а чеченские башни ниже и имеют меньший наклон стен. Количество уступов у заостренного завершения ингушских башен, как правило, 11, у чеченских –больше. Но в Чечне явно превалируют башни с плоским покрытием.
В горах Чечни, по вине российских федеральных сил, продолжается уничтожение уникальных памятников архитектуры.
На вершине горы у развилки дорог на горные чеченские аулы Центорой, Белгатой, Тазен-Кала и Курчали стоит 10-метровый памятник. Это чурт (надгробный камень), поставленный центоройцами в честь своих земляков, погибших в сентябре 1819 года в ауле Дади-Юрт.
Раньше любой прохожий останавливался здесь и читал молитву. Сейчас же из-за артобстрелов памятник практически разрушен – разбита его верхушка, уничтожены надписи на чеченском и арабском языках.
С тех пор, как в 1999 году в Чечне возобновились боевые действия, российские войска постоянно обстреливают древние строения, разбирают их, применяя древний камень для строительства военных укреплений, используют как склады и блиндажи.
Реальный размер нанесенного ущерба оценить трудно. Автор данного материала, который посвятил много лет изучению чеченских башен – высоких древних строений, расположенных с соблюдением военной стратегии по всей территории региона, не смог добраться до всех интересующих его объектов, поскольку многие из них находятся в запретной зоне.
Признавая эту проблему, российские военные, тем не менее, говорят, что защита памятников не входит в их компетенцию. Однако и в Москве проблема уничтожения памятников чеченской культуры мало кого волнует.
Сегодня в чеченских горах сохранилось 150 башенных поселений, в которых находится более 300 жилых башен различной сохранности и более сотни боевых башен, 15 культовых сооружений, около 150 наземных склепов, а также два крупнейших в мире некрополя. Они были построены в разное время, с первого тысячелетия до нашей эры до 16-го века нашей эры. Все эти сооружения представляют большую историческую и культурную ценность не только для истории Кавказа, но и для мировой культуры и истории в целом. Ведь чеченские башни и некрополи содержат уникальную информацию о более древних культурных пластах и могут помочь в разгадке многих тайн цивилизаций Передней Азии и Средиземноморья, пролить дополнительный свет на взаимоотношения и взаимовлияние народов, создавших их.
Большой интерес для ученых представляют петроглифы, магические знаки на каменных башнях и некрополях горной Чечни, которые часто имеют более древнее происхождение, чем сами башни. Дело в том, что при строительстве башен часто использовались уже обработанные камни из древних циклопических построек, некоторые из которых датируются 10–5 веков до нашей эры.
По мнению известного чеченского этнографа Саид-Магомеда Хасиева, «каменные башни для чеченцев не только памятники древней материальной культуры их предков, но и символ их единства, свидетельство былого величия их государственных образований, существовавших в течение пяти тысяч лет обозримой истории Чечни».
Сегодня эти богатства оказались под угрозой. Например, в уникальном башенном комплексе 12–14-го веков Пакоч, вокруг которого археологами был обнаружен культурный слой третьего тысячелетия до нашей эры, расположена комендатура Итум-Калинского района.
Аргунский историко-архитектурный и природный заповедник, на территории которого находится Пакоч, известен не только своей богатой и разнообразной природой, но и уникальной древней архитектурой. В верховьях рек Фортанга, Гехи, Аргун, Шаро-Аргун, у озера Кезеной и Галанчож сохранились древнейшие памятники чеченской архитектуры. В основном, это боевые и жилые башни, склепы, святилища.
В настоящее время зона заповедника подвергается систематическому обстрелу из артиллерийских орудий, ракетно-бомбовым ударам, здесь также применяются многотонные бомбы, последствия применения которых для ландшафта и древних памятников непредсказуемы. Только в декабре 2002 года сгорело более 10 тысяч гектаров леса, главным образом, ценных пород: бук, дуб, граб, ясень.
В результате артиллерийских обстрелов получили серьезные повреждения боевая башня 15-го века в селении Дере, уникальная башня 12-го века у селения Ушкалой, недавно отреставрированная боевая башня 16-го века у города Шатой, после бомбового удара разрушена до основания боевая башня 16-го века в Шарое, повреждена боевая башня в Сатто.
Судьба большинства памятников древней архитектуры неизвестна, так как они находятся в пограничной зоне, и туда не допускаются специалисты.
По словам директора Аргунского историко-архитектурного и природного заповедника Саида Саратова, он много раз обращался и в комиссию Государственной Думы по Чеченской Республике, и в министерство обороны, и к депутату Госдумы от Чечни Асланбеку Аслаханову с просьбой как-то решить эту проблему, но безрезультатно. «Российские чиновники ссылаются на то, что в зоне заповедника идут боевые действия», – говорит Саратов.
Переговоры директора заповедника с заместителем военного коменданта Итум-Калинского района о судьбе памятников также ни к чему не привели. По словам Саратова, российский офицер отнесся с пониманием к проблемам сохранения древних памятников, но при этом заявил, что «к каждому солдату не приставишь офицера, чтобы следить за его отношением к окружающему миру». «И в этом смысле, – добавил он, – я не могу гарантировать безопасность не только памятникам, но и сотрудникам заповедника».
В одном случае, пьяными российскими военнослужащими была обстреляна боевая башня у селения Ушкалой. Вандалы были задержаны военной комендатурой на месте преступления, и по факту обстрела было возбуждено уголовное дело, которое, однако, впоследствии закрыли якобы за отсутствием состава преступления.
Народный писатель Чечено-Ингушетии Абузар Айдамиров считает, что «подобное отношение к памятникам истории чеченского народа со стороны российских военнослужащих неслучайно». Он видит в этом «попытку уничтожить историческую память чеченцев, разорвать их духовную и материальную связь с героическим прошлым, чтобы легче было покорить их».
За свою историю чеченские башни подвергались систематическому уничтожению в течение многих сотен лет. Еще летописцы Чингисхана писали о войне с людьми, живущих в каменных башнях и о разрушении этих башен.
Но даже в начале 19 века каменных башен в Аргунском ущелье, которое называли ущельем башен, было в десятки раз больше, чем сейчас. Башни стояли так, чтобы с парапета одной можно было увидеть костер в окне ближайшей. Таким образом, предки чеченцев передавали сигнал о военной опасности, и за очень короткое время по всей Чечне узнавали о приближении врага.
Более всего памятники чеченской архитектуры пострадали во время Кавказской войны 19-го века, когда были уничтожены сотни боевых и жилых башен в Горной Чечне. Систематическому уничтожению чеченские башни подвергались и во время выселения чеченцев в 1944 году, когда войсками НКВД у многих из них были взорваны кровли и сожжены перекрытия, а склеповые могильники разграблены.
Не пощадила древние памятники архитектуры и война 1994–1996 годов. Российскими военными было разрушено десять боевых и жилых башен 11–17-го веков, пять наземных склепов 12–15 веков в некрополе Цой-педе, могильники 1–4 веков.
Но продолжающаяся и ныне кампания в Чечне оказалась для Аргунского заповедника поистине роковой. И ничто не дает надежду на то, что вандализм в отношении памятников чеченского культурного наследия когда-либо прекратится.
Материал подготовлен отделом Использования и Популяризации ГБУ «Аргунский историко-архитектурный и природный музей-заповедник»

Обновлено (21.03.2014 09:34)

 

Мы в социальных сетях:

855962 s fb icon 325x325 twitter-icon odnoklassniki vk instagram-logo-468

Наши газеты

О нас

o nas
button-mag-sign

Абитуриентам